Утром 1 августа 2000 года командир атомной подводной лодки «UM-77» Кристофер Смит принял секретную директиву: «Русские получили приказ поражать все цели, находящиеся внутри зоны объявленных  военных учений.

Морские учения являются крупнейшими по количеству участвующих  родов войск. Приказываю вести предусмотренные директивой SNWL-11/457 наблюдения за ходом учений только вне зоны, объявленной русским. По данным спутниковой разведки, в учениях будет участвовать известная  атомная подводная лодка «Super Killer», которую Вы вели до побережья Калифорнии летом этого года. После прибытия на место наблюдений занять позицию. Боеготовность номер один. Об исполнении доложить. Будь осторожен. Курьер».
       Курьер – это шифр адмирала Роберта Крайси, командующего военно-морским флотом США. Кристофер еще раз внимательно прочитал текст шифровки. Впервые за годы своей службы его охватило чувство тревоги. 10 лет «UM-77» и ее экипаж не раз играл с русскими субмаринами на подводных просторах мирового океана в «кошки-мышки». Подводники знают, что это такое. Вести такой подводный корабль длиной больше футбольного поля и высотой в пол-небоскреба со скоростью 30 узлов на глубине 200-300 метров, навстречу такому же подводному монстру, под силу только профессионалам. Конструкторы все предусмотрели для того, что бы сигналы подводных локаторов поглощались специальной обшивкой атомной субмарины, и только гребные винты и перископ могли служить той мишенью, от которой мог отразиться сигнал эхолокатора. И здесь все зависело от выучки и слаженной работы всего экипажа. А то, что экипаж его лодки был, как  на подбор, Кристофер Смит не сомневался, и здесь его заслуга была главной. За эти десять лет его мальчики всегда выигрывали эту игру у русских.
       А здесь эта K-333. Когда он два года назад впервые вел эту субмарину, он не мог не отметить совершенства этого гиганта. Впервые за годы своей службы его команда поняла, что имеет дело с достойным противником, и его, как профессионала, восхищала выучка экипажа и опытность командира. «Super Killer» превосходил его «UM-77» по многим параметрам – почти в полтора раза длиннее, огневая мощь его 24 крылатых ракет и новых торпед делала его грозой надводных кораблей, а  торпеды могли доставить много проблем его кораблю в случае подводной дуэли. Этот монстр был неуязвим и только более совершенная спутниковая система оповещения и связи давали  один шанс в случае боевой атаки: сложнейшая система управления ведением боя позволяла упредить первый удар. А если их будет несколько? Только большая маневренность его «Sniper Jim» - как ласково он прозвали свою субмарину – этот шанс делал более высоким.
       После получения шифровки Кристофер отдал соответствующие приказы экипажу, и вот уже закрутилась в четком ритме работа огромного числа специалистов, военных, агентуры. Началась та работа, ради которой он пришел в военно-морские силы – интересная и рискованная.
        Подлинный смысл последней фразы в шифровке был известен только адмиралу и ему, командиру «UM-77»: если будет хоть один шанс, поиграй в «кошки-мышки». А поиграть в эту подводную игру - на  относительном мелководье, где глубина моря не  превышает 100 метров, да еще нашпигованном десятками военных кораблей, субмарин, летящих стратегических бомбардировщиков, ракет, на пятачке, размером 50 на 50 миль, - ему приходилось впервые. И хотя этот район северного моря ему был хорошо известен, сложность рельефа дна делала работу чрезвычайно опасной для подводных кораблей.
       К началу учений «UM-77» находилась в заданном месте, на границе акватории заявленной русскими, как район, закрытый для надводного и подводного плавания. Так всегда делали и они, зная, что спутниковые системы контролируют ход учений, и атомные субмарины русских находятся на границе запретной зоны.
       Первые результаты наблюдений за ходом этой «учебной» операции с борта субмарины, лежащей на глубине 120 метров в  35 милях западнее границы учений, и данные спутникового слежения, свидетельствовали о серьезности намерений русских. Зная расположение субмарин и нескольких разведывательных судов стран НАТО, русские искусно атаковали «условного» противника, надводные и подводные корабли которого расположились как раз на границе акватории, разделяющей зону учений и нейтральные воды. Когда корабли «условного» противника покинули место дислокации, по этой точке был нанесен удар крылатыми ракетами, выпущенными со стратегических бомбардировщиков. Кристофер имел перед собой всю картину «боя» и не мог не отметить про себя, что все задачи «противоборствующие» стороны выполняли профессионально и без ошибок. Он подумал про себя: «Молодцы  русские». Единственное, что его смущало, это обилие средств поражения, как будто им надо было как больше израсходовать боеприпасов. «Вот здесь» - как бы рассуждая за русских – «я бы обошелся одним дублирующим ударом, а здесь для поражения субмарины достаточно было разместить
противолодочные корабли по другому. Хотя, это может быть просто стрельба по площади, если координаты цели определены не точно».
       Все данные наблюдений с атомной субмарины «UM-77» постоянно передавались Курьеру и видно было, что командование получило ценную информацию, которая будет еще долгое время анализироваться и использоваться в разработках штаба или компьютерных играх, имитирующих проходящие учения русских .
       Кристофер при любой возможности, как только поступали данные спутниковой разведки и данные от других субмарин, наблюдающих за ходом учений, сразу выдвигался в район учений и проводил измерения и анализ всех сигналов подводных и надводных кораблей. Это была уже настоящая работа, и Кристофер в ситуации, где требуется оправданный риск, был особенно хорош. Майкл Бич, главный  акустик, постоянно докладывал ему данные акустических измерений, и нового в этой информации он пока не обнаруживал. «Подводные» голоса трех десятков надводных боевых кораблей и трех атомных субмарин были ему хорошо известны и он мог, разбуди его среди ночи, тут же назвать тип корабля, которого он знал по его «голосу».
       Возвращаясь с очередного рейда, «UM-77» расположилась за границей зоны учений и, как обычно, легла на грунт. На этот раз глубина составляла 170 метров и Кристофер, как обычно в таких случаях, получив рапорты от Майкла о том, что все чисто, решил начать подъем субмарины в режим перископного наблюдения. В очередной сводке сообщалось, что один ракетоносец, находящийся на расстоянии 350 миль от зоны учений, выпустил две ракеты, и траектория их полета будет определена. Это было обычное сообщение и субмарина по команде Кристофера начала подъем. Однако уже через одну минуту он получил следующую шифровку и она  была уже тревожный – ракеты приближаются к тому месту, где находилась «UM-77», и когда компьютер выдал координаты, куда должны попасть две полуторатонные головки, у него засосало под ложечкой. Это были координаты «UM-77»!
       На экране дисплея вычерчивалась траектория полета двух ракет, а бегущие в правом верхнем углу цифры показывали время подлета к цели. А целью был его «Sniper Jim»! Кристоферу оставалось 4 минут 39 секунд, и через 5 секунд, отработанные до автоматизма  команды были приняты всеми службами субмарины. «Экстренное погружение! Первый, третий, дифферент 3, полный ход, право 5, иммитатор, второй, право 7, дифферент 2, максимальные обороты, право 11, право 12, право 13»!
       Кристофер начал отсчет обратного времени и автоматически, как бы сверяя показания приборов и рапорты экипажа, считал про себя: «48, 47, 46, отошли на 700 ярдов, 45, 44...». Его лодка на максимальной скорости описывала дугу, уходя от летящих на его ракет. Это был хорошо отработанный прием, но выполнить маневр мог очень опытный командир и экипаж.
        Когда истекла последняя секунда, лодка на максимальных оборотах  уходила по кругу от места падения ракет. Взрыва не было. Майкл доложил, что два металлических предмета размерами 10 на 3 фута вошли в толщу морской воды со скоростью 600 миль в час, на расстоянии 200 ярдов от субмарины.
       Шифровка от Курьера догоняла его и уже через пять минут Кристофер ответил: «Все ОК, Сэр». Это был первый, за всю его десятилетнюю службу командиром атомной субмарины, случай, когда он передал сообщение открытым текстом.
       Учения у русских завершались. По данным радиоперехвата, они прошли успешно и, как водится, начальство готовилось отметить этот важный этап подготовки личного состава, техники и всех служб, координирующих взаимодействие всех родов войск. Русские не скрывали и политической подоплеки этих учений, так как положение вооруженных сил из-за отсутствия финансовых ресурсов было катастрофическим и результаты учений военно-морских сил должны были укрепить веру граждан в правильность курса нового руководства.
       Временной анализ событий с «UM-77» показал, что русские действовали в рамках правил, проводя стрельбы учебными ракетами, хотя они «случайно» отклонились на 10 миль в сторону находившейся в этом месте атомной субмарины. Если бы эти полуторатонные ракеты попали со скоростью 600 миль в час в ее корпус, чисто механические повреждения могли вызвать серьезную аварию на корабле. «Ну что же, пока 1:0 в пользу русских. Ясно, что они целились в нас».
       Как всегда, в таких смертельно опасных случаях, Кристофер совершенно менялся и если даже интуитивно он чувствовал приближение опасности, голова работала четко и быстро, как совершенный компьютер. Директива Курьера оставалась прежней – следить за учениями. И только командир «UM-77» мог успешно выполнить поставленную задачу, доказав командованию, что на сегодняшний день его атомная субмарина «UM-77» является лучшей  на флоте.
       Когда учения подошли к концу, Кристофер понял, что наступило его время. Он это чувствовал всем своим существом. «Пора поиграть в кошки-мышки. «Super Killer» достойный противник и тем интересней будет игра. Тогда, у побережья Калифорнии, киллер отлежался несколько месяцев и достать его было невозможно. Задание свое он выполнил идеально. Мы шли тогда почти борт о борт и я понял, что эти ребята  не из робкого десятка. Ну, а теперь мой ход».
       Все данные подтверждали вывод Кристофера – русские завершили основной этап учений и осталось, видимо, несколько заданий, которые должны отработать только субмарины. И если это так – а это покажут в первую очередь акустические измерения – то можно выдвинуться туда, где находится «Super Killer». Он послал шифровку и получил положительный ответ.
       Майкл уже произвел идентификацию сигналов и командиру стало ясно, что ближайшая субмарина - именно та, с кем ему придется играть в прятки, причем прятаться первым придется именно ему, Кристоферу Смиту.
       По мере приближения к русской субмарине сигналы усиливались и через некоторое время Майкл доложил, что «К-333» находится в полумиле от них. Это место на севере Норвегии ему было хорошо знакомо и было самым трудным по рельефу. Маневрирование в таких условиях  было трудным делом, но Кристофер знал наизусть все очертания дна, да и приборы давали всю необходимую информацию для любого, самого неожиданного, маневра. Положив лодку на грунт на отметке 400 футов, он выбрал такое место, которое отгораживало его от «киллера» небольшой возвышенностью футов 70-80, и стал слушать. 
«Super Killer» двигался в северном направлении со скоростью 5 узлов на глубине 150 футов, потом повернул на 90 градусов, и пройдя милю, оказался над «UM-77».
       «Ну что, начнем?» сказал он сам себе, и дал команду на малый ход. Лодка Кристофера оказалась под «киллером», но не точно под ним, а на корпус справа, как раз в мертвой зоне его  сонаров. Так они двигались рядом минут 15-20, две титановые громадины, начиненные смертоносным  грузом. По тому, как он получал информацию о передвижении «киллера», Кристоферу стало ясно, что тот находится в автономном плавании..
       Так продолжалось еще минут 30 и Кристофер начинал откровенно скучать, ибо самое главное было сделано – его не заметили, кошка явно спала, а мышка набралась наглости и вот-вот станет царапать о борт своими лапками. Когда глубина уменьшилась до 300 футов, Кристофер начал сбавлять ход, что бы уйти по-английски, не попрощавшись. Да и, в конце концов, русских он обхитрил, а случай с ракетами, чуть не стоивший жизни его экипажу, уже стал забываться.
       И в этот момент прозвучал сигнал боевой тревоги! «Пуск торпеды!», «Не идентифицированный  сигнал!», «Скорость торпеды 100 узлов!», «Киллер» уходит слева по борту на максимальных оборотах!». Кристофер знал, что это значит. Это атака, и очень искусная атака. Сейчас «киллер» развернется на 180 градусов, торпеда начнет описывать дугу и первой у нее на прицеле окажется «UM-77»! А через 10 минут эта торпеда со скоростью 100 узлов может его пробуравить, как штопор пробку, и неизвестно, что у нее в голове – металлическая болванка или пол-тонны тротила!
       «Экстренный подъем!». «Курс 90!». «Максимальные обороты!». «Дифферент 1ап!». Кристофер знал, что его «Sniper Jim» маневренней и в этом его спасение. Пока «килллер» уходил влево, он развернул свою лодку на 90 градусов и на полных оборотах пошел на «килллера», разворачивая лодку так, чтобы оказаться перпендикулярно ее корпусу. Пока «киллер» совершал маневр, Кристофер уже мчался ему навстречу  со скоростью 29 узлов.
Он понимал, что ему надо опередить «киллера» и оказаться выше его, даже если для этого стоило выйти в надводное положение. Знал это и командир «килллера», но ему не хватало времени для полного маневра - он знал «снайпера» и это тревожило его больше всего. Когда он завершил разворот, «Sniper Jim» прошелестел над рубкой «киллера» и ушел в море. Теперь у торпеды была одна цель – «Super Killer».
       Через минуту раздался взрыв, а еще через некоторое время – еще один, очень мощный.... «Sniper Jim» бросило ударной волной вперед – Кристофер уже знал, ударная волна пройдет по корме и надо давать положительный дифферент, так как лодку может бросить на грунт. Сильный удар в корму вынес лодку на поверхность моря и Кристоферу понадобилось приложить все свое мастерство, что бы лодка снова стала его слушаться. К счастью, место оказалось пустынное и не было видно ни кораблей, ни вертолетов, ни самолетов.
       Через семьнадцать часов субмарина пришвартовалась на базе. Игра в кошки-мышки была закончена. На этот раз трагически.